Как много зарабатывать и куда инвестировать деньги

variant_-_152-300x300

Познакомился с инвестбанкиром, который был трейдером в Нью-Йорке на Wall Street в 90хх. Вскоре после выхода легендарного Уолл Стрит с Майклом Дугласом.

Зовут его Эдвард Дубинский, он экс-директор департамента по ценным бумагам в Credit Suisse. И экс-владелец КубаньБанка. Мы обсудили нелегальную инсайдерскую информацию перед сделками, как отстраиваться от конкурентов, которые портят репутацию рынка, как сделать свои первые инвестиции для будущего пассивного дохода и надо ли покупать сейчас недвижимость в Москве.

Ниже видео и текстовый перевод.

 

 

 

Текстовый перевод

— Здравствуйте, друзья! Сегодня у меня замечательный гость, очень интересный человек Эдвард Дубинский. Расскажу про регалии Эдварда. Их много, но вот самые ключевые.

Эдвард был директором экс-департамента по ценным бумагам в инвест-банке “Credit Swiss” в Нью-Йорке и Лондоне, Эдвард работал на Wall Street 7 лет, когда начинал свою карьеру. В России он был совладельцем «Кубань-банка», который успешно продал через несколько лет после покупки.

Эдвард участвовал в проведении около 50 IPO на общую сумму около 50 млрд долларов. Что очень вдохновляющая цифра. И последняя вишенка: Эдвард учился на MBA в Уортоне.

— Здравствуйте, Максим! Я буду рад.

— Первое, с чего я хотел бы начать, это Уолл-стрит. Вы наверняка смотрели фильм «Волк с Уолл-стрит». Как раз в 80-х годах вышла первая легендарная версия этого фильма. И есть у многих людей, у меня в том числе, такая некая романтика по поводу Нью-Йорка 80-х, трейдинга, инсайдерской информации, громадных денег.

Вы в этом, насколько я понимаю, варились. Расскажите, пожалуйста, на самом деле это было так? Если сравнивать, например, с фильмом. 

— Это интересный вопрос, Максим. Знаете, меня это возвращает в те времена, 80-е годы. Самое смешное, что я как раз Уортон заканчивал в 87-ом году, MBA программу. И как раз вышел фильм «Уолл-стрит», оригинальный, с Майклом Дугласом, с этим известным персонажем Гордоном Гекко. Это был первый момент.

И второй момент, который интересен, — по-моему, в 87-ом году на Уолл-стрит был гигантский краш, обвал акций. И он происходил как раз в тот момент, когда я заканчивал MBA. Поэтому, как Вы понимаете, это очень отразилось на поиске работ многих наших студентов.

Но я скажу так: конечно, то, что показывают в фильмах, немного утрировано. Но есть много вещей, которые реально были. Например, абсолютно присутствующий шовинизм, издевательство над сотрудницами, драки с едой, где бросали тарелки друг в друга. И вообще достаточно такая жёсткая обстановка.

Я помню, когда я проводил одно из первых своих интервью, устраиваться на работу на Уолл-стрит. У меня спросил коллега, который там работал всего год: «Эдвард, а как Вы вообще относитесь к тому, что Вас постоянно ругают и постоянно обзывают всякими словами?» Вот, к чему нужно было готовиться, работая на Уолл-стрит в 80-е годы.

Я не работал ан Уолл-стрит в сами 80-е годы, я туда прошёл немножко другим путём в 90-е годы. Но это было, да.

— Вы правильно сказали, «Уолл-стрит» оригинальный фильм назывался. Там как раз очень большую сделку сделали, когда персонаж парня молодого, который работал у Гордона Гекко, он узнал инсайдерскую информацию по поводу своего отца, слил эту информацию Гордону. Насколько в реальности такие случаи были? Вы сталкивались с таким?

— Они бывают. Самый парадокс финансового мира – это то, что все игроки всегда ищут инсайд, и, вместе с тем, инсайд запрещён. Вот правила игры. Например, когда я делал много IPO, выводил компании на первичное размещение акций, то это очень регламентировалось.

В инвестиционных банках, когда я работал, мне запрещалось как-то сотруднику одного отдела переходить в другой отдел, департамент, который консультировал руководство компании, которую мы потом выводили на IPO. Мне не разрешалось. Моя карточка, которой я открывал дверь, не открывала двери в этот отдел. Нас блокировали специально. Это был один из методов, как предотвратить вот это слияние информации.

Кстати, есть такое понятие в инвестиционном мире, называется «Китайская стена».

«Китайская стена» — это  запрет на общение одной части банка с другой частью банка, чтобы не было передачи инсайдерской информации


 

 

— Можете какие-то вспомнить примеры, как люди, на самом деле, такой инсайд вытаскивали? Много лет прошло, может, какие-то без упоминаний имён.

— Я вам дам интересный нюанс. Когда я проводил IPO всем известной «Пятёрочки» в России, супермаркеты. у нас определилась информация буквально в день закрытия IPO, буквально 4 часа до закрытия, что половина сети «Пятёрочка» закрыта из-за отравления сотрудников. И мы тут продаём этот IPO известнейшим гигантским клиентам. И мы узнаём интересную инсайдерскую информацию, что половина бизнеса закрыта.

Мы приходим к руководству компании, он говорит: «Я ничего об этом не знаю». И вот очень интересный момент, где руководство однозначно, наверное, знало, но не говорило нам, а мы не говорили клиентам. Если бы кто-то узнал, что мы что-то знали, но скрывали, — за это увольняют и сажают в тюрьму. Так что это постоянно происходит.

 

— Но наверняка же люди, которые получают комиссии, пытаются как-то этот инсайд получить? Да, это нелегально, но какими-то аккуратными путями. Например, играя в гольф с владельцем компании, условно говоря.

— Ну, я скажу так. Вы знаете, Максим, мой опыт показывает немножко альтернативное. Мой опыт показывает, что торговать на инсайдерской информации, честно, большого плюса не даёт. Я объясню почему.

Потому что очень часто движение активов не основано на том, что у меня появилась какая-то инсайдерская информация, и я могу купить акции на полчаса, на час, на день или два раньше, — и на этом заработать. Ну, окей, это один раз может получиться, и человек на этом немножко заработает. Но основная часть заработка и движение активов – они не происходят так много. За несколько дней движение активов не может быть таким гигантским, чтобы оно обосновало принимать на себя такой риск. Поэтому я, как правило, работал всегда с участниками рынка, который старались от инсайда держаться подальше и не нарушать этих правил. Потому что это больше геморроя, честно сказать.

 

— Понял. Почему я так про инсайд расспрашивал: потому что основная тема нашей компании – это нетворкинг и обучение тому, как заводить полезные связи. Если коснуться вашей  карьеры, когда Вы учились на MBA, после этого – насколько, как Вы думаете, в процентном соотношении на успех именно в ранние годы повлиял нетворкинг и правильные связи?

— Конкретно на мою карьеру они могли бы повлиять больше, потому что я не был хорошим нетворкером тогда, я это признаю. Но я знаю, что это очень важная тема, недооцененная тема.

Иметь возможность общаться со своими коллегами в университете, быть в центре внимания, иметь много контактов, много отношений. Это люди, которые потом помогают тебе войти в ту же компанию, корпорацию, банк, помогают с работой, со знакомствами


 

Это очень важная тема. Если человеку это естественно, просто бывают люди, которым этот нетворкинг не естественен, но если человеку это естественно – это обязательно, это важнейшая вещь.

 

— Вы сказали, что раньше недооценивали, а сейчас Вы делаете что-то осознанно в плане нетворкинга?

— Наверное, я делаю недостаточно. Я больше тот человек, который держится ограниченного круга людей, с которыми у меня глубокие контакты, глубокие отношения. У меня всегда была некая, назовём это аллергией – к тому, чтобы общаться с людьми, которые тебе неприятны. Я не умел это делать. Поэтому я всегда держался тех, которые мне супер приятны. И для меня двери открываются прекрасно, если я общаюсь с теми людьми, которые мне реально интересны, и я им интересен. Тогда всё прекрасно. Но если мне это нужно делать для дела, у меня это не очень хорошо получается.

 

— Вы знаете, Вы сказали очень правильную вещь, которую я всё время рассказываю: в мире вообще много людей, и можно выбрать человека, который будет тебе полезен и который одновременно будет тебе не неприятен. Необязательно зацикливаться на людях, которые полезны, но при этом вас от них тошнит. Это необязательно.

— Точно! Если ты можешь совместить приятное общение с людьми, которые реально интересные, — это идеал.

 

— Хорошо. Сейчас Вы много преподаёте, основная тема Вашей публичной экспертности – это финансовая грамотность и различные методы финансового инвестирования.

Как Вы отстраиваетесь от довольно негативной репутации рынка, из-за того, что очень много некачественного контента, продуктов, экспертов? Делаете ли Вы что-то дополнительно, чтобы отстраиваться от этого негатива?

— Понимаю, это хороший вопрос. Во-первых, то, о чём говорю я, — это абсолютно осознанные популярные методики инвестирования, которые происходят на Западе. То есть ту методику, которую я популяризую в СНГ, это та методика, которой пользуются сотни людей, которые живут в Америке и Европе. Это инвестирование в инвестиционные, паевые фонды, в биржевые, индексные фонды.

Я стараюсь обучить людей тому, что инвестирование – это фактически достаточно научная и довольно скучноватая вещь.

 

Быть успешным инвестором – это как сидеть и смотреть, как стена, которую только что покрасили, сохнет


 

Вот это успешное инвестирование. Если человек хочет много крика, шума и сверкания – это азарт, казино или ипподром. Это не инвестирование.

Что я стараюсь делать? Я стараюсь людей учить: если ты хочешь обеспечить свою семью, построить себе капитал, сделать это долгосрочно, обеспечить себе достойную пенсию – иди более научным путём. Он тебя приведёт к истине, потому что статистика показывает, что именно этот путь строит капитал, а не все эти дёрганья и прыганья. Может, дело в том, что мне уже не 22 года, я был там и видел это своими глазами. Но я стараюсь молодёжи это донести. Поэтому вот так.

 

— Как раз в продолжение Ваших слов: в одной статье вы рассказываете, как к вам на одном тренинге подошла женщина. Она сказал: «Ко мне приходят клиенты, дают мне 100 долларов, и я им через год возвращаю 200. То есть за год мы увеличиваем капитал на 100%». И Вы её спросили: «А что будет, если все вместе люди придут и попросят свои деньги назад». Она задумалась и сказала: «Я не смогу их вернуть назад, мы же пирамида».

Поэтому вопрос: во что не стоит вкладывать? На какие надо обращать внимание, может быть, ключики, когда вы выбираете: компанию или эксперта, с которыми работать, либо продукт, в котором Вы хотите поучиться, допустим?

— Это отличный пример, Максим, это правда. Самое интересное, что когда я сказал этой женщины: «Вы же пирамида?» — она сказала: «Да, мы продаём пирамиду». И я спросил: «Как Вы себя по этому поводу чувствуете?» А она ответила: «Ну, как. Все финансы – это всё пирамида. Я ничего не продаю!» Это то же самое, как прийти в супермаркет или на базар, купить там килограмм яблок и сказать: «Но они же гнилые!» А вам ответят: «Да, но всё гнилое! Все уже продают гнилые яблоки! Что ты поднимаешь здесь шум!»

Смотрите. Я смотрю на эти вещи таким образом. Первое – для меня важно, чтобы сама инвестиция, само предложение не было открытым текстом нереалистичное. То есть когда мне предлагают какую-то инвестицию, где обещают 20% в месяц, или 30-40-100% в год – сразу понятно, что здесь что-то не то. Второй важный момент – кто предлагает. Нужно обязательно следить за тем, как выглядит этот посредник. Если этот человек абсолютно не имеет никаких знаний, или это явный, назовём это «горячий» человек, который что-то старается продать. На английском языке это называется «hustle». Если это такой hustler, то это сразу видно. То есть зависит и от человека. И третье – нужно узнать более досконально: что за организация, что за программа, какие скрытые тут детали.

 

Я повторяю главные вещи: если очень высокая гарантированная доходность, это обычно сигнал. Потому что гарантировать в финансовых инвестициях вперёд никто ничего не может


 

 

— Хорошо. С какого процента, допустим, годового, нужно быть внимательным?

— Когда начинают квотировать гарантированную доходность в месяц, а не в год – это сразу плохой сигнал. Если речь идёт о 10-15% — более-менее можно в год думать о реальности. Это реально. Например, если я кому-то скажу, что американский фондовый рынок, американский рынок акций за последние 15 лет в среднем растёт на 10% годовых – это статистическая правда, это эмпирические данные. Теперь: значит ли это, что я кому-то гарантирую, что он будет расти на эти 10-15% в год в дальнейшем? Нет. Никто не может этого гарантировать. Но мы знаем, что история у рынка неплохая. И если человек купит инвестиции на таком длинном континууме, на столько лет, то в среднем эта прибыль там будет. Поэтому я бы сказал, что если человек начинает тебе предлагать 10% в месяц, слово «гарантия» используется – это обычно звучит не очень честно.

 

— По поводу высоко рисковых инструментов. Опять же, из Вашего интервью, Вы сказали, что инструменты на букву «Ф», типа форекс или фьючерс, — вы их как раз относите к инструментам с наибольшим риском. И вы так же говорите, что есть эксперты, которые умеют работать и умеют зарабатывать на этих инструментах, но нужно отличать, для меня это тоже была очень интересная мысль, трейдинг от инвестирования. То есть трейдинг и продажи – это одно, это торговля.

А инвестирование – это как раз смотреть на сохнущую краску на заборе, как Вы сказали. В молодости у меня был гениальный начальник, он говорил: «Если ты захочешь сыграть в азартные игры, иди на ипподром – там хотя бы воздух свежий».

Окей. Мы присматриваемся к форексу, присматриваемся к фьючерсам. Обращаем внимание на большие проценты, особенно если это не долгосрочное, а помесячно. Из чего тогда может формироваться здоровая инвестиционная корзина физического лица, человека?

— Первое – мы абсолютно не должны лезть в трейдинг. Потому что трейдинг сам по себе подразумевает, что человек должен быть обучен тому, как торговать. Я могу играть в покер с друзьями, но я не профессиональный игрок в покер. Есть ли там те, кто профессионально играет в покер? Есть, да, и они на этом зарабатывают. Но это минимум людей. Большинство из нас не там.

Большинство должно ориентироваться на инвестиционные документы, а не торговые. Мы должны ориентироваться паевые фонды, биржево-индексные фонды, это даёт нам возможность построить инвестиционный портфель. Мы должны обучиться, как строить инвестиционные портфели, чтобы они были диверсифицированные, чтобы мы имели возможность оптимизировать доходность и минимизировать риск. Но мы всё равно должны инвестировать через портфельные формы инвестирования, куда мы можем покупать разные фонды, вкладывать и дать им возможность годами работать.

 

— Можно для зрителей и слушателей пояснить, что такое «портфельные» в данном случае?

— Я имею в виду, например, вот у меня сегодня портфель, который вырос, но, опять же, это без каких-то прогнозов, это на сегодняшний день. Я его буквально сегодня проверял. Мой портфель вырос за последние 18 месяцев на 22%. Это портфель, который состоит из 6-ти фондов. Это, например, портфель, который привязан к фонду S&P500 американских лидирующих компаний. Это один из этих шести фондов.

 

— А какую долю он занимает?

— В моём портфеле – не помню, но, наверно, процентов 25. У меня так же, люди, наверно, подумают, что это парадоксально, но я инвестирую в российские акции. Я большой инвестор, портфельный инвестор в российский рынок уже с 2015-ого года, после кризиса. Я был из самых громко кричащих людей, которые говорили: «Покупайте российские акции!».

У меня есть канал на ютубе, и я на нём кричал просто: «Люди, куда вы смотрите? Покупайте российские акции!» Российские акции в 2016-м году выросли на 55%. Поэтому, естественно, я здесь заработал. Есть у меня такой фонд. Опять же, мой фонд для инвестиций в российские акции – он не российский. Он через американскую компанию, которая торгуется на американской бирже, где у меня посредник – американская структура.

Поэтому я бы сказал, что это должен быть портфель инвестиционный, в котором 4-5 или 6 разных позиций. Я предпочитаю, чтобы каждая позиция была фонд, не единичный актив. Не акции компании «Apple», не акции компании «Amazon». Не потому что они плохие, просто потому что инвестировать в единичные активы – это как выставить палец в небо и надеяться, что это правильно пойдёт. Вот как-то так. И формировать такие портфели. В своём обучении я учу людей, как формировать эти портфели.

 

— То есть когда мы говорим, допустим, о портфеле российских акций, там не одна компания, а несколько?

— Я бы сказал даже не так, Максим. Когда мы говорим о российских акциях, мы говорим об одном инструменте, который даёт доступ ко всему российскому рынку, к индексу российских акций. В России есть индекс «РТС» — Российская Торговая Система. Это номинированный в долларах индекс российского рынка акций. Можно купить фонд, который привязан к индексу РТС. Ты сразу покупаешь 20-25 компаний, которые в этот индекс входят. Не нужно индивидуально покупать акции «Роснефти» или «Лукойла», которые в этом индексе.

 

— Что касается золота или серебра. Насколько я читал, Вы – не большой поклонник этих инструментов, потому что, как ни парадоксально, волатильность большая, а доходность меньше, чем у других инструментов.

— Да. Это очень хороший вопрос, Максим. Тут есть парадокс, я скажу, какой. Я однозначно не верю, что нужно покупать золото, слитки или монеты золотые и класть их в ячейку. Я считаю, это бессмысленно. Но я считаю, что в своём диверсифицированном портфеле из пяти-шести активов один из активов должен быть фонд индексный, который привязан к цене золота. Назовём это «золотой фонд». Почему? Потому что как актив золото само по себе – высоко рискованный волатильный актив, не очень защитный и не очень прибыльный.

Но если его в портфеле совместить с некоторыми другими активами, а именно американскими акциями, он имеет очень интересный эффект – эффект защиты портфеля. Это как когда делаешь салат, оливковое масло с небольшим количеством уксуса очень хорошо идёт. Но если там будет только уксус…

 

— Немножко если спуститься в конкретику: с каких сумм можно начинать инвестирование? Зависит ли портфель, набор инструментов, если у тебя есть, условно, 500 долларов для инвестиций или если у тебя 50 000 долларов?

— Да, хороший вопрос тоже. Я отвечу таким образом. Давайте я приведу пример. Скажем, я хочу себе построить портфель из разных фондов. И я нахожу брокера, открываю аккаунт и вкладываю туда 1000 долларов. И в первый же месяц, мы знаем, что брокерский мир живёт на том, что они зарабатывают на комиссионных, которые они берут от клиентов.

Скажем, что я купил этот портфель на 1000 долларов и потратил 50 долларов на приобретение всех этих активов, заплатил брокеру 50 долларов. Я де факто потратил 5% на приобретение этих активов и вложил тысячу баксов. Теперь, в том же примере, если человек вложил не тысячу долларов, а 10 000 долларов и потратил 50 долларов на затраты, он потратил только 0,5%. Так вот, к чему я веду.

 

Чем больше сумма, тем в процентном измерении менее затратны услуги посредников


 

Чем больше сумма, тем больше она помогает людям минимизировать свои затраты. Поэтому я считаю, что, конечно, при бОльшей сумме всегда лучше инвестировать. То есть нужно быть очень аккуратным с маленькими суммами, чтобы много не тратить. А представьте себе ситуацию: человек потратил 5% на своё инвестирование. Он должен только заработать 5% первые, чтобы вернуть себе эти затраты.

 

— С какой суммы вы рекомендуете начать инвестировать?

— Зависит, во-первых, от человека. Хочет ли он инвестировать ежемесячно, то есть накопительным путём, или единоразовым путём. Сегодня существуют программы для инвестирования, которые я знаю, которые хорошие, и они начинаются от ста долларов в месяц и больше. С другой стороны, есть брокерские дома, в которых минимальный порог входа, чтобы открыть аккаунт, и он 500 долларов. Есть другие брокеры, у которых порог входа 10 000 долларов. Есть разные программы.

Я рекомендую смотреть на затратную часть. Если я могу тратить не более 1% в год на затраты, для меня это тот порог входа. Так что я вижу, что для меня тратить 1% от инвестиций – это несколько тысяч, может, тысяч 5 долларов. С этого можно начинать.

 

— 5 тысяч в год? Или 5 тысяч – это стартовое:

— 5 тысяч в год, с одной стороны. С другой стороны, это не должно ограничивать людей. Если у них нет 5 тысяч, они могут найти программы, где это можно с 5000 долларов начинать, и со 100 долларов в месяц. То есть с 1000 долларов в год. Наверно, 1000 долларов в год – это хороший минимум, это минимум.

 

— И Вы как раз обучаете тому, как выбрать программу, как выбрать брокера, как правильную сумму выбрать?

— Да. Я бы сказал так, Максим. Надо смотреть на обе стороны медали: не только на потенциальную доходность инвестиции нужно смотреть, но и на потенциальные расходы инвестиции. Потому что каждый процент, который мы отдадим брокеру за ведение инвестиции, — это тот процент, которого не будет в нашей доходности. Поэтому мы должны ориентироваться на столько же: как меньше тратить, чтобы больше зарабатывать. Это две стороны одной и той же медали.

 

— Всё, что потрачено, это не заработано. Горячая тема для многих, посмотрим, как для Вас: это недвижимость. Сейчас очень много программ «Заработай на недвижимости», краудфандинговые различные программы.

Мне хочется спросить вас. Это такой вопрос, который меня самого интересует. Во-первых, в Москве 2-3 года как упали цены, если мы говорим в валюте, в евро и в долларах. Насколько сейчас правильный момент в Москве что-то покупать?

— Первое – с точки зрения входа в рынок недвижимости, может быть, и тайминг чего-то покупать неплохой. Потому что, как мы понимаем, всё, что вверху, упадёт, а всё, что внизу – поднимется. Поэтому, может, с точки зрения тайминга – это неплохое время что-то покупать. Потому что цены за последние 7-8 лет упали в 3 раза. Это да. Но как форма инвестирования в недвижимость в общем порядке – я не большой её любитель.

Моя главная причина, у  меня 2 причины, первая: это то, что недвижимость – это местный рынок. Недвижимость – это один из секторов экономики, который привязан к общей местной экономической ситуации. То есть мы не можем иметь такую ситуацию, где рынок испытал финансовые кризисы политические, а цены на недвижимость взлетают в небо. Это не так, как, например, цена на нефть. Если ты производитель нефти, дома у тебя может быть всё плохо, а цена на нефть в Роттердаме очень высокая, и ты очень хорошо живёшь. Если ты инвестируешь в недвижимость и живёшь в той стране, которая испытывает политические и экономические кризисы, твоя цена на недвижимость будет страдать. Это первая проблема.

Вторая проблема с недвижимостью – это то, что она привязана к цене твоей валюты. Вот я дам хороший пример – рубль. Когда он был 30 к 1, то инвестор в недвижимость, у меня была личная ситуация, я о ней рассказываю в мастер-классе своём, я в 2011-м году снимал квартиру в центре Москвы. Я платил за неё 70 тысяч рублей в месяц. И этот хозяин, который заплатил за эту квартиру 500 тысяч долларов и потом мне её сдавал, получал от меня 2 тысячи долларов в месяц в качестве аренды. То есть было неплохо. То есть было 4-5% доходности, грубо говоря.

Это не было ахти, но это было более-менее. Сегодня эта же квартира сдаётся за 60 тысяч долларов, это тысяча долларов. А он потратил всё равно 500 тысяч долларов. Его доход сегодня в долларовом измерении упал. Он купил актив за 500 тысяч долларов, сегодня он получает пассивный доход в 12 тысяч долларов в год, это значит, что его доходность 2% годовых. Это ужасно. То есть как инвестор ты никогда не должен вкладывать твёрдые деньги  недвижимость, а потом получать пассивный доход в мягкой валюте.

Это вам не Америка, где доллар против доллара не девальвируется, и единственный фактор в недвижимости – это цена будет высокая или цена будет низкая, но тема девальвации не бьёт по инвесторам. А в России, в Украине, Казахстане, к сожалению, девальвация имеет эффект. Поэтому я не большой любитель инвестировать в недвижимость в странах СНГ.

 

— Окей. Это мы говорим с точки зрения инвестиций. Тогда вопрос с точки зрения, допустим, я хочу квартиру в Москве, которая стоит 30 млн, в центре. Но у меня недостаточно кэша, чтобы её купить. Если я смотрю ипотеку, то ипотечный взнос в месяц получается больше, чем аренда. Ипотека, я смотрел, стоит 500 тысяч, арендовать можно за 200. В 2 раза разница.

Если я смотрю в Дублине, то там квартиры хорошие стоят около 400 тысяч евро. То есть какие-то сопоставимые деньги. При этом ипотечный взнос там будет примерно равен аренде. Правильно ли я понимаю, что независимо от того, живу я в Дублине или нет, мне в любом случае выгоднее купить квартиру в Дублине, чем в Москве, даже если я здесь не буду жить, а буду её сдавать и покрывать арендной платой ипотеку?

— Лёгкий ответ – да. Хотя здесь я не хочу усложнять этот кейс, но я его усложню немножко. Представьте себе такую вещь, я посмотрю сейчас немножко со стороны. Если я взял ипотечный кредит, и этот кредит мне стоит, скажем, 6% годовых, то я могу, инвестируя свои деньги куда-то, помимо ипотеки, я могу заработать больше 6% в год. Скажем, я заработал 10% в год. Это значит, что я заработал 10%, заплатил 6%, и у меня есть 4% навар. Мне выгодно инвестировать и иметь параллельно ипотечный кредит.

А теперь возьмите обратную ситуацию. Ипотечный кредит в России 12-13%, зарабатываете вы в этой ситуации те же 10%. Что получается? Вы всегда зарабатываете в инвестировании меньше, чем стоимость этой ипотеки. Сколько бы вы ни заработали от своего инвестирования, вы дотируете свой кредит, он всегда требует каких-то трат. Давайте так скажем: это делает ипотеку невыгодной. Тут вопрос даже не в том, за сколько вы её будете сдавать. Тут вопрос в том, что иметь кредит в экономике с высокими процентными ставками невыгодно.

 

— Независимо от того, сдаёшь ты, живёшь или ещё что-то?

— Да. И получается, что средняя семья, которая покупает в Москве эту квартиру и платит 12% за ипотеку, и платит, как Вы прекрасно сказали, больше, чем она могла бы платить за аренду, получается, что это бьёт по ним несколько раз. Первое – они не могут инвестировать деньги, потому что у них съедает эти деньги кредит. Второе – они платят больше за привилегию жилья в этой квартире, потому что она якобы «их», чем они получали бы кайфа, может быть, живя в другой квартире, которая могла бы быть лучше и в другом месте.

Кстати. Я хочу интересную вещь сказать.

 

Тема привилегии, что ты в «своей» квартире живёшь при ипотеке – это иллюзия. Потому что эта квартира всё равно принадлежит не вам, она принадлежит банку


 

Так что у меня немножко другая философия, я люблю снимать.

 

— Если продолжить эту тему, то к этому мир и идёт. Выгоднее снимать. Невыгодно иметь машину, потому что я сейчас живу в Дублине, потом в Москве, потом я буду в Испании, и я не могу машину продавать и покупать, это невыгодно.

— Конечно. И сегодня мы, к счастью, живём в интересное время. Мы сегодня живём в мире, где коммуникации, транспорт, всё до того сделано глобально, что сегодня это, даже я бы сказал, клёво и интересно: пожить в одном месте снять, пожить в другом месте снять. Особенно люди, которые работают в интернете, онлайн. Такие люди, как мы. Это вообще одна из причин, почему я занимаюсь образованием.

Потому что я могу это делать онлайн. Вот я сегодня с Вами говорю в Майами. На прошлой неделе я проводил мастер-класс в Нью-Йорке. Через неделю я буду проводить мастер-класс в Москве. Сын мой живёт в Сингапуре, приглашает в гости к себе. Наверное, я поеду к нему через несколько месяцев, там у него буду проводить мастер-класс. Почему бы и нет? Класс!

 

— Да, эта тема мне тоже нравится. Когда я уходил из «Procter», из такой классической работы наёмной, я искал именно ту тему, которой можно заниматься в разных местах. Мы как раз на тот момент уезжали в Сингапур, и я думал: «Окей, чем я могу заниматься полгода, чтобы жить в Сингапуре и не мотаться при этом в Москву, но зарабатывать деньги?»

— Абсолютно. Это прекрасная вещь, я до того счастлив, что мы живём в то время, когда можно такое делать! Я тоже проработал в корпоративном мире столько лет. Сама идея дресс-кода меня очень настораживает.

 

— Кстати, я тоже хотел задать вам этот вопрос. Насколько я читал, вы жили в Нью-Йорке, Лондоне, в Майами, Москве, Киеве. Какое место вам, может, наиболее близко?

— Я ещё жил в Барселоне, в Амстердаме. Я не знаю. Мне нравятся гибриды разных мест. Мне очень нравится климат в Барселоне, но мне нравится жизненный стиль больших городов. Внутри я европейского покроя человек, поэтому мне очень нравятся такие места, как Рим. Кстати, я там тоже жил. Там исторически очень интересная архитектура, Париж мне нравится, такие места. Но климат мне нравится в Барселоне. И у меня есть определённая любовь, конечно, к Нью-Йорку, потому что я там много жил и вырос. Мне очень нравится та энергетика, которая в Нью-Йорке, да.

 

— Ну, вот если энергетику Нью-Йорка плюс климат Барселоны – то там, наверно, жило бы слишком много людей.

— Вот! Вот!  А насчёт людей – это совершенно особая вещь. Потому что люди везде разные. Я, кстати, когда жил в Амстердаме, люди мне там очень нравились, потому что они были очень международные. Я мог всегда потеряться в Амстердаме, потому что там все говорят на английском, но ты из другой страны. В Нью-Йорке тоже много людей интересных. Я всегда смеюсь, говорю: «В Нью-Йорке все говорят с акцентом, это мне нравится».

 

— Да, ты чувствуешь себя в любом случае своим, если вокруг все говорят с акцентом.

— Абсолютно. Во всяком случае, ты себя никогда не чувствуешь чужим. Никогда.

 

— Кстати, я жил в Лондоне тоже, и там, хотя Лондон очень интернациональный город, всё равно тусовка англичан отделена, по моему опыту, от тусовки других людей.

— У меня опыт точно такой же. Я работал на финансовых рынках в Лондоне, в этом финансовом центре, который называется Канэри-Уорф. И он вообще доминирует с англичанами, это первое. Второе – у них очень своеобразный очень стиль жизни, юмор и так далее. И более того, в английском обществе, очень интересно, в финансовом мире есть то, чего нет в Нью-Йорке. В Англии есть классовое разделение.

Например, брокеры в Англии – это так называемая низкая социально-экономическая часть Англии. Это люди из бедных районов, малообразованные и так далее.

 

— Те, которым нужно работать.

— Да, да. А те, которые инвестиционные банкиры в Лондоне, у них у всех акцент как у принца Чарлза. У них всё такое. И это очень интересный нюанс, забавно, забавно.

 

— Эдвард, Вы упомянули мастер-классы, которые Вы вели, онлайн-трансляции. Давайте расскажем. Я знаю, что Вы больше всего ведёте на две темы трансляции: это финансовая грамотность и как инвестировать в IPO. Сначала про финансовую грамотность: что на этом мастер-классе зрители, слушатели могут узнать?

— Я сразу могу сказать, что наш курс не просто финансовая грамотность. Я не хотел делать специально курс по финансовой грамотности. Потому что люди идут туда, на такие курсы, имея определённые предрассудки. Они думают, что они получат там такую информацию: что такое акция, что такое облигация. То есть такую академичную, теоретическую информацию, которую дают профессоры в университете.

Я практик. Я не академик. И я хотел дать курс людям о том, как в современное время инвестировать успешно в низко рисковые финансовые инструменты. Поэтому наш курс, который называется «Путь к финансовой независимости» — это курс, в котором я учу, как создавать капитал и как его преумножить. И делать это именно через фондовое инвестирование, с умеренным риском и умеренными доходностями, вот примерно такого порядка. Я учу людей за 6 недель, за 6 сессий, как не иметь никаких знаний и стать инвестором. Это наш курс по финансовой независимости. Теперь недавно мы вышли с курсом, который называется «Успешные инвестиции в IPO».

 

— Сразу скажу, что это курс не для компаний, а всё равно курс для обычных людей.

— Да, оба курса – для обычных частных инвесторов. В случае «Успешные инвестиции в IPО» — это очень специфическая программа. Буквально до недавнего времени частный инвестор не мог юридически и практически инвестировать в компании на ранней фазе, когда они проходят IPO. Сейчас эта возможность есть, через некоторых правильных посредников, с которыми я знаком. И я решил создать обучение для частных инвесторов, где я учу людей, грубо говоря, что такое IPO, как анализировать компании, которые проходят через процесс IPO, как эти данные анализировать, как использовать их и принимать правильные решения, и инвестировать в компании на раннем этапе, когда они проходят IPO. Эта программа даёт возможность участнику не только обучиться, но и потом получить доступ, направление к посреднику, который возьмёт их за руку и даст им эти сделки IPO.

 

— И здесь, насколько я понимаю, так как это более продвинутый инструмент, там чуть выше доходность годовая, да?

— Там потенциально очень высокая доходность. Очень просто могу сказать: можно с каждой сделки IPO зарабатывать по 15-20%, иногда 25%. Поэтому если человек может участвовать в 5-6 сделках в году, он может заработать более 100% в таких инвестициях, но это не портфельное инвестирование. Это тактическое, разовое, стратегическое инвестирование в каждую компанию, в каждый кейс, другими словами. Своего рода конвейер. И тогда можно зарабатывать.

Это очень интересная тема. Когда я проводил IPО на Уолл-стрит, я бы только мечтал тогда иметь такую возможность, но её не было. А я делал IPO достаточно известным, огромным компаниям. И многие из них были успешные.

 

— То есть если мы говорим про первый курс, то это консервативная долгосрочная стратегия, которую люди учатся строить во время прохождения курса. А второе – это, наверно, более высокий порог входа по деньгам, и это уже немножко больше работа, так скажем. И это тактический метод заработка на этом новом инструменте, не знаю, можно ли назвать это инвестициями.

— Да, абсолютно верно. И одно не исключает другое. Например, я считаю, что фундаментально инвестор всё равно должен инвестировать долгосрочно. Он должен иметь портфель, он должен инвестировать через вот эту портфельную практику. Но есть возможности, если есть дополнительные суммы денег, забрасывать их в эти одноразовые объекты сделки, делать это с умом, системно, опять же, с обучением, со знаниями. Это очень интересная вещь, да.

 

— Очень круто. Эдвард, тогда мы ссылки оставим здесь, наши зрители-слушатели смогут посмотреть для себя что-то интересное. Спасибо огромное за интервью, очень рад был пообщаться!

— Спасибо Вам, Максим. Я не был ни разу в Дублине. Я был в Эдинбурге, в Шотландии, мне очень понравилось. Я уверен, я доеду и до Дублина.

 

— Приезжайте! Здесь лучшие поля для гольфа, лучший виски и все крупные европейские штаб-квартиры: Google, Facebook, Microsoft, Dropbox – все здесь сейчас находятся. Ирландия очень умную политику привлечения проводит.

— Я слышал об этом. Это прекрасно, кстати. Я желаю Вам удачи там. Получайте удовольствие! Будете в Москве – дайте мне знать, буду рад встретиться. Спасибо Вам за Ваше время, и Вашим зрителям и слушателям!

Бесплатный мастер-класс Эдварда Дубинского «Как управлять личными финансами и надежно инвестировать, чтобы получать 8-20% годовых в долларах»

 


Поделиться с друзьями


comments powered by HyperComments